Проблема авторства и происхождения гомеровских поэм, известная как «гомеровский вопрос», представляет собой один из наиболее сложных и дискуссионных сюжетов в истории классической филологии. Его истоки восходят к античности, когда уже в рамках александрийской филологии возникли споры о личности Гомера и целостности приписываемых ему текстов. Как отмечается в статье «Из истории античной филологии: гомеровские вопросы Порфирия Тирского», критические подходы к текстам Илиады и Одиссеи формировались постепенно, а такие фигуры, как Зенодот Эфесский и Аристарх Самофракийский, заложили основы текстологического анализа. Однако систематическая постановка вопроса о едином авторе или коллективном творчестве относится к Новому времени. Переломным моментом стало опубликование в 1795 году работы Фридриха Августа Вольфа «Prolegomena ad Homerum», которая, по сути, институционализировала гомеровский вопрос как самостоятельную научную проблему. Вольф, опираясь на филологический анализ и исторические свидетельства, подверг сомнению возможность создания столь масштабных и сложных поэм одним человеком в бесписьменную, по его мнению, эпоху. Его концепция о поэмах как о собрании разрозненных песен, сведённых воедино лишь в афинскую эпоху при Писистрате, положила начало так называемой «аналитической» школе. В противоположность ей сформировалась «унитарная» школа, отстаивавшая единство авторского замысла и художественной целостности поэм. Дискуссия между аналитиками и унитаристами определяла основной вектор исследований на протяжении всего XIX века, вовлекая таких учёных, как Карл Лахман, Готфрид Герман и Ульрих фон Виламовиц-Мёллендорф. В России, как показано в материале «Ещё раз о гомеровском вопросе и о рождении филологического метода», полемика также находила живой отклик, способствуя развитию отечественного антиковедения. К концу столетия, с открытиями Генриха Шлимана и развитием сравнительно-исторического метода, дискуссия обогатилась археологическим и фольклористическим измерениями. Таким образом, история гомеровского вопроса демонстрирует эволюцию от первоначальных сомнений в авторстве к сложному междисциплинарному исследованию, синтезирующему филологию, историю и археологию для реконструкции процесса сложения эпической традиции.

Современный этап изучения гомеровского вопроса характеризуется отходом от поляризованных позиций унитариев и аналитиков в сторону более комплексных и нюансированных методологий. Исследователи стремятся преодолеть дихотомию «один автор или многие», сосредотачиваясь на анализе самого текста как сложного культурного феномена, сформировавшегося в процессе длительной устной и письменной традиции. Как отмечается в статье «Еще раз о гомеровском вопросе и о рождении филологического метода», ключевым стал поворот к изучению поэм как продукта специфической «техники композиции», что позволяет рассматривать их единство не как результат работы индивидуального гения, а как следствие устойчивых формул и нарративных паттернов, выработанных аэдами. Этот подход, восходящий к трудам Милмана Парри и Альберта Лорда, акцентирует внимание на устно-формульном характере эпоса, что снимает остроту противоречия между единым замыслом и коллективным творчеством. В рамках данного направления, подробно рассмотренного в материале «Из истории античной филологии: гомеровские вопросы Порфирия Тирского», анализируются механизмы запоминания, вариативности и импровизации в устной поэзии, что объясняет как устойчивость сюжетного ядра, так и наличие внутренних несоответствий. Параллельно развивается иное направление, которое можно условно назвать «неоунитарным». Оно, не отрицая роли устной традиции, настаивает на решающей роли финального редактора или редакторов, придавших поэмам ту архитектоническую целостность и идейную глубину, которые обеспечили их канонический статус. Согласно Большой российской энциклопедии, современные исследователи часто говорят о «гомеровском» тексте как о результате кристаллизации традиции в конкретный исторический момент, возможно, связанный с появлением письменности. Третий значимый вектор современных исследований связан с междисциплинарным синтезом. Данные археологии (в частности, раскопки Трои и Микен), сравнительной мифологии, лингвистики и исторической поэтики привлекаются для реконструкции того культурно-исторического контекста, в котором происходило становление эпоса. Это позволяет, как показано в обзоре «Гомеровский вопрос», рассматривать поэмы не как статичный объект, а как динамичный палимпсест, в котором наслоились элементы разных эпох – от микенской до архаической. Таким образом, современная гомерология движется в сторону плюралистической модели, признающей множественность факторов, обусловивших возникновение «Илиады» и «Одиссеи». Акцент сместился с поиска единственного автора на анализ процесса формирования текста, в котором слились коллективная память, мастерство исполнителей и, вероятно, организующая воля последних создателей или редакторов. Итогом становится понимание гомеровского вопроса не как проблемы, требующей однозначного разрешения, а как перманентного исследовательского поля, открывающего новые грани при смене методологических парадигм.