Актуальность исследования соотношения понятий «русские как национальность», «русский народ» и «российская нация» обусловлена их принципиальной значимостью для понимания социально-политической и этнокультурной реальности современной России. Эти категории, часто используемые как в научном дискурсе, так и в публицистике и официальных документах, нередко смешиваются или противопоставляются, что порождает терминологическую путаницу и концептуальные противоречия. Как отмечается в источнике «Русская народность», вопрос о содержании и границах данных понятий остается дискуссионным, затрагивая фундаментальные проблемы идентичности, государственного строительства и межнациональных отношений. Центральной проблемой, определяющей логику настоящего исследования, является отсутствие консенсуса в трактовке ключевых терминов. С одной стороны, существует традиция, рассматривающая русских как исторически сложившуюся этническую общность с единым языком, культурой и самосознанием, что находит отражение в работах, посвященных историко-этническим корням русского народа. С другой стороны, в публичном пространстве активно продвигается идея российской гражданской нации как политической общности всех граждан страны, независимо от этнического происхождения. При этом, как подчеркивает академик В.А. Тишков, отрицать русский народ как объективный факт могут «только шизофреники», что указывает на эмоциональную и идеологическую заряженность дискуссии. Целью данной главы является предварительное обозначение контуров исследовательской проблемы, выявление основных подходов к определению и соотношению анализируемых понятий и обоснование необходимости их системного анализа. Исследование опирается на комплекс источников, включая научные статьи, посвященные этногенезу русской нации и феномену русской народности, а также материалы, отражающие официальные и экспертные позиции. Последующий анализ позволит не только прояснить семантические нюансы, но и выявить те социально-политические контексты, в которых то или иное понятие приобретает доминирующее значение, формируя тем самым различные модели национально-государственной идентичности.

Исследование соотношения понятий «русские как национальность», «русский народ» и «российская нация» требует четкого определения теоретического инструментария и методологических подходов. Ключевой проблемой является разграничение этнического и гражданского измерений национальной идентичности, что актуализирует классические концепции нации. В научном дискурсе традиционно противопоставляются примордиалистский и конструктивистский подходы. Первый, отраженный в работах по историко-этническим корням русского народа, рассматривает этнос как объективную, исторически сложившуюся общность с устойчивыми культурными характеристиками. Второй подход, представленный в исследованиях российской нации, акцентирует роль социально-политических конструктов и институтов в формировании гражданской солидарности. Для анализа «русской народности» как исторического феномена необходим синтез методов исторической антропологии и этнологии, позволяющий проследить генезис и трансформацию этнического самосознания. Как отмечается в материалах, посвященных этногенезу русской нации, процесс формирования русских как этнической общности был длительным и многокомпонентным. При этом академик В.А. Тишков подчеркивает, что отрицать русский народ как объективный факт невозможно, что указывает на признание реальности этнической субстанции в рамках научного дискурса. Методологически важно также различать категории «этнос» (культурно-языковая общность), «народ» (социокультурная и историческая общность) и «нация» (политико-гражданская общность). Это различение позволяет избежать терминологической путаницы и анализировать, как данные понятия соотносятся в российском контексте — где «русские» могут выступать как титульная этническая группа, «русский народ» как метаисторический субъект, а «российская нация» как проект гражданской интеграции. Таким образом, теоретическая рамка исследования строится на междисциплинарном анализе, сочетающем историческую ретроспективу с политологическим и социологическим измерением современных идентификационных процессов.

Анализ этимологии и исторической семантики ключевых терминов позволяет выявить глубинные смыслы и их трансформацию во времени. Термин «русский» восходит к древнерусскому слову «Русь», которое, согласно ряду исследований, изначально обозначало не этническую группу, а социально-профессиональную категорию, связанную с мореплаванием, торговлей и военным делом в рамках Древнерусского государства. Как отмечается в работе «Историко-этнические корни русского народа», процесс консолидации восточнославянских племён вокруг политических центров Киева и Новгорода привёл к постепенному наполнению этого понятия более широким этнокультурным содержанием. Со временем «русские» стали идентифицироваться как общность, объединённая общей территорией, языком и, что важно, православной верой, что заложило основы для формирования народности. Понятие «русский народ» исторически эволюционировало от обозначения совокупности подданных русского государства к выражению более целостной культурно-исторической общности. В публикации «Русская народность» подчёркивается, что к XVII–XVIII векам этот термин уже прочно ассоциировался с единым этносом, обладающим собственной традицией и самосознанием. Семантика слова «народ» в русском языке всегда несла в себе двойственность, означая одновременно и этническую группу, и всё население страны, что в дальнейшем породило терминологические сложности. Термин «российская нация» является относительно поздним конструктом, семантика которого сформировалась преимущественно в имперский и особенно в современный периоды. Если «русский» и «русский народ» укоренены в длительной этнокультурной истории, то «российская нация» акцентирует гражданско-политическое измерение, обозначая сообщество граждан Российской Федерации независимо от их этнической принадлежности. Как указывается в материале «К вопросу об этногенезе русской нации», дискуссии вокруг этого понятия отражают поиск формулы, которая могла бы объединить полиэтничное население страны в рамках общего гражданского проекта. Таким образом, историко-семантический анализ демонстрирует, что данные понятия формировались в разные исторические эпохи и несут различную смысловую нагрузку: от этногенетических и культурных корней («русские») до сложившейся исторической общности («русский народ») и современного гражданского политпроекта («российская нация»).

Рассмотрение русских как этнической общности требует обращения к фундаментальным категориям этнологии. В классическом понимании этнос представляет собой исторически сложившуюся устойчивую совокупность людей, обладающую общими чертами культуры, языка, психического склада и самосознанием своего единства. Русский этнос формировался на протяжении столетий в процессе консолидации восточнославянских племён, что отмечается в исследовании «Историко-этнические корни русского народа». Этот процесс сопровождался интеграцией финно-угорских, балтских и тюркских элементов, что обусловило специфику русского этногенеза. Как отмечает академик В.А. Тишков, отрицать русский народ как объективный факт могут только люди с определёнными мировоззренческими установками. Этническая идентичность русских базируется на нескольких ключевых компонентах. Важнейшим из них является языковая общность – русский язык выступает не только средством коммуникации, но и носителем культурных кодов и исторической памяти. Культурная традиция, включающая православие как доминирующую конфессию, систему ценностей, фольклор и художественные каноны, составляет второй фундаментальный элемент. Третий компонент – историческая судьба, воспринимаемая как общая, что формирует коллективную память и символическое пространство. В работе «К вопросу об этногенезе русской нации» подчёркивается, что этническое самосознание русских кристаллизовалось в период формирования Московского государства, когда понятие «русский» стало противопоставляться «иноверцам» и «иноземцам». Современные исследования, такие как статья «Русская народность», указывают на динамический характер этничности, который в случае русских проявляется в способности к ассимиляции и культурной адаптации других групп при сохранении ядра идентичности. При этом важно различать этническое и гражданское измерения: русские как этнос не тождественны гражданам России, хотя и составляют её демографическое большинство. Этническая общность сохраняет свою устойчивость даже в условиях диаспоры, что подтверждается существованием русских сообществ за пределами Российской Федерации. Таким образом, русские представляют собой сложный полиэтнический по происхождению, но монолитный по самосознанию этнос, продолжающий эволюционировать в современных условиях.

Концепт «русского народа» представляет собой сложное историко-культурное образование, формировавшееся на протяжении столетий. В отличие от более узкого этнического определения, данное понятие часто включает в себя как этнический стержень, так и культурно-историческую общность, сложившуюся в рамках российской государственности. Как отмечается в исследовании «Историко-этнические корни русского народа», русский народ сформировался в процессе длительной консолидации восточнославянских племён и их взаимодействия с финно-угорскими, тюркскими и другими этническими компонентами. Этот синтез создал уникальную культурную матрицу, где этническое происхождение не всегда было доминирующим фактором самоидентификации. Важным аспектом концепта является его связь с государственным строительством. Русский народ исторически выступал не только как этническая, но и как государствообразующая общность, что придавало понятию политическое измерение. В работе «К вопросу об этногенезе русской нации» подчёркивается, что становление русского народа было неразрывно связано с формированием централизованного Российского государства, которое, в свою очередь, влияло на консолидацию этнических групп в более широкую общность. Таким образом, концепт часто функционирует на стыке этнического и гражданского начал. В современном дискурсе понимание «русского народа» продолжает оставаться предметом научных и общественных дискуссий. С одной стороны, как указывает академик В.А. Тишков, отрицать русский народ как объективный факт невозможно – это реальная историческая и социальная общность. С другой стороны, в статье «Русская народность» отмечается, что содержание понятия может варьироваться от сугубо этнического до более широкого культурно-политического. Эта многозначность отражает сложность национальной идентичности в России, где этнические и гражданские элементы тесно переплетены. Концепт «русского народа», таким образом, остаётся ключевым для понимания как исторического развития, так и современных процессов национального самоопределения в российском обществе.

Концепция российской нации представляет собой принципиально иной подход к определению общности, основанный не на этнических, а на гражданских и политических критериях. В отличие от понятий «русские» или «русский народ», акцентирующих этническую или историко-культурную составляющую, российская нация трактуется как надэтническая гражданская общность, объединяющая всех граждан Российской Федерации независимо от их этнического происхождения. Этот подход, как отмечается в материалах портала «Культура», связан с именем академика В.А. Тишкова, который последовательно отстаивает идею российской гражданской нации, подчеркивая, что отрицать русский народ как объективный факт могут только «шизофреники», но при этом необходимо различать этническую и гражданскую идентичность. Гражданский подход к нации предполагает, что основой единства является общее гражданство, правовое поле, политическая лояльность государству и разделение базовых конституционных ценностей. В этом контексте российская нация понимается как «многонародная нация» или «нация-государство», где этническое разнообразие не противоречит, а, напротив, обогащает общую гражданскую идентичность. Как указывается в исследовании «Историко-этнические корни русского народа», длительное совместное проживание и взаимодействие различных этнических групп на территории России создали предпосылки для формирования такой надэтнической общности. Ключевым аспектом гражданского подхода является добровольность и сознательный выбор идентичности. Человек, являясь, например, татарином или якутом по этническому происхождению, одновременно может и должен ощущать себя частью российской нации как политической общности. Эта идея находит отражение в официальных документах и государственной политике, направленной на укрепление общероссийского гражданского самосознания. Однако, как показывает анализ статьи «К вопросу об этногенезе русской нации», на практике соотношение этнической (русской) и гражданской (российской) идентичности остается сложным и нередко противоречивым вопросом, требующим тонкого баланса в публичном дискурсе и законодательстве. Таким образом, концепция российской нации в ее гражданском понимании предлагает интегративную модель, призванную консолидировать полиэтничное общество России. Она не отменяет и не подменяет этнические идентичности, но надстраивает над ними уровень общенациональной, государственной солидарности. Успешность этого проекта во многом зависит от способности государства обеспечить реальное равенство возможностей и чувство принадлежности к единому политическому сообществу для всех граждан.

Сравнительный анализ ключевых понятий «русские как национальность», «русский народ» и «российская нация» позволяет выявить их содержательные различия и точки пересечения. Эти категории, часто используемые как синонимы в публичном дискурсе, в научной парадигме отражают различные уровни и аспекты коллективной идентичности. Понятие «русские как национальность» преимущественно акцентирует этническую составляющую, подчеркивая общность происхождения, языка, культуры и исторического самосознания, что находит отражение в исследованиях историко-этнических корней русского народа. В свою очередь, концепт «русского народа» обладает более широким и исторически нагруженным значением, интегрируя не только этнические, но и социально-политические и культурные коннотации, формировавшиеся на протяжении столетий, что отмечается в работах, посвященных русской народности. Данный термин часто несет в себе идею исторической субъектности и культурной миссии. Напротив, конструкт «российская нация» базируется на гражданско-политическом подходе, объединяя всех граждан Российской Федерации независимо от их этнической принадлежности. Эта модель, как указывается в дискуссиях об этногенезе русской нации, ориентирована на формирование надэтнической гражданской идентичности в рамках единого государства. Таким образом, если «русские» и «русский народ» в значительной степени отсылают к этнокультурной общности, то «российская нация» представляет собой проект политической общности. Однако между этими категориями существует и зона взаимовлияния. Как справедливо отмечает академик Тишков, отрицать русский народ как объективный факт невозможно, и именно этот этнокультурный стержень исторически выступал государствообразующим элементом, вокруг которого кристаллизовалось многонациональное российское общество. Сравнительный анализ демонстрирует, что данные понятия соотносятся как разные, но взаимодополняющие уровни идентификации: этнический («русские»), историко-культурный («русский народ») и гражданско-политический («российская нация»). Их противоречивое соотношение в современном дискурсе часто проистекает из попыток придать одному из них доминирующий или исключительный статус, тогда как в реальности они сосуществуют, образуя сложную систему коллективных идентичностей в России. Понимание их специфики и взаимосвязей является ключевым для анализа как исторических процессов, так и современных социально-политических реалий.

Соотношение понятий «русские как национальность», «русский народ» и «российская нация» представляет собой сложный теоретический узел, порождающий ряд концептуальных проблем и практических противоречий. Основная трудность заключается в одновременном существовании и конкуренции этнического и гражданского подходов к определению коллективной идентичности. Как отмечается в исследовании «Историко-этнические корни русского народа», русская этническая общность формировалась на протяжении столетий, что создает прочную основу для восприятия «русскости» как феномена, укорененного в истории, культуре и языке. Однако этот подход вступает в противоречие с концепцией российской нации как политической, гражданской общности всех жителей страны, независимо от этнического происхождения. Одним из ключевых противоречий является проблема терминологической и содержательной иерархии. В публицистическом и бытовом дискурсе, а иногда и в научных работах, понятия «русский народ» и «российская нация» используются как синонимы или подменяют друг друга, что ведет к смысловой путанице. Академик В.А. Тишков, чья позиция отражена в статье «Академик Тишков: отрицать русский народ как объективный факт могут только шизофреники», настаивает на объективности существования русского народа как историко-культурной общности, но при этом является активным сторонником проекта гражданской нации. Это отражает внутреннее напряжение между признанием этнической реальности и стремлением к построению надэтнической гражданской идентичности. Другой аспект проблемы связан с политизацией данных категорий. Концепты «русский народ» и «российская нация» часто становятся инструментами в идеологических и политических дискуссиях, что затрудняет их объективный научный анализ. В работе «К вопросу об этногенезе русской нации» подчеркивается, что процесс формирования нации нелинеен и сопряжен с постоянным переосмыслением ее границ и содержания. Это порождает противоречие между статичным, «вещным» восприятием народа и динамичным, конструктивистским пониманием нации как проекта. В итоге, соотношение анализируемых понятий остается зоной методологических разногласий и предметом общественной полемики, где пересекаются интересы науки, политики и повседневных представлений о коллективной принадлежности.

Анализ государственной политики в сфере национальных отношений демонстрирует эволюцию подходов к соотношению понятий «русские», «русский народ» и «российская нация». В современный период наблюдается попытка синтеза этнического и гражданского компонентов. Как отмечается в исследовании «Историко-этнические корни русского народа», государственная политика долгое время балансировала между признанием особой роли русского этноса и необходимостью консолидации многонационального общества. Этот дуализм нашел отражение в ключевых стратегических документах, где понятие «российская нация» как гражданская общность часто соседствует с признанием русских государствообразующим народом. Подобная двойственность не является исключительно российской спецификой, но в условиях страны с многовековой историей имперского и советского наследия она приобретает особую остроту. В публикации «Русская народность» подчеркивается, что официальный дискурс последних десятилетий стремится интегрировать этническую идентичность русских в более широкую гражданскую идентичность, не отрицая при этом ее фундаментального значения. Концепция российской нации, активно продвигаемая в рамках государственной национальной политики, предполагает формирование общегражданской лояльности на основе разделяемых ценностей, истории и культуры, где русский язык и культура играют интегрирующую роль. Однако, как справедливо указывает академик В.А. Тишков, отрицать русский народ как объективный факт могут только «шизофреники», что указывает на признание на официальном уровне реальности и значимости этой этнической общности. Это создает основу для политики, которая пытается избежать крайностей как этнонационализма, так и полного растворения этничности в гражданстве. Таким образом, современные государственные концепции можно охарактеризовать как поиск баланса. С одной стороны, декларируется и укрепляется единство российской нации, с другой – подчеркивается особая роль и ответственность русского народа в становлении и развитии государства. Такой подход, отраженный в ряде аналитических материалов, например, на портале «Регионология», направлен на обеспечение стабильности и единства страны. Итогом является формирование многоуровневой модели идентичности, где гражданская принадлежность к российской нации не отменяет, а сосуществует с этнической идентичностью, в том числе русской, что и составляет одну из центральных задач современной государственной политики в полиэтничном обществе.

Проведенное исследование позволяет сформулировать ряд ключевых выводов относительно соотношения понятий «русские как национальность», «русский народ» и «российская нация». Анализ этимологии и исторической семантики, представленный в работе, демонстрирует сложную эволюцию данных категорий, их взаимное влияние и контекстуальную зависимость. Как отмечается в источниках, посвященных историко-этническим корням русского народа, формирование русской этнической общности было длительным процессом, в котором участвовали различные восточнославянские племена и финно-угорские элементы. Это формирование заложило основу для понятия «русские» как этнической (национальной) принадлежности, обладающей общими антропологическими, языковыми и культурными признаками. Концепт «русского народа», рассмотренный в соответствующей главе, предстает как более широкое социокультурное и историческое образование, объединяющее не только этнический субстрат, но и общую судьбу, территорию и государственность. Данный концепт, как подчеркивается в материалах о русской народности, несет в себе мощный цивилизационный и культурный потенциал, выходящий за рамки сугубо биологических или языковых характеристик. В то же время понятие «российская нация» отражает современный гражданско-политический подход, акцентирующий единство всех граждан Российской Федерации независимо от их этнического происхождения. Этот подход, анализируемый в контексте государственной политики, стремится создать надэтническую общность, основанную на общей гражданской идентичности, верховенстве закона и разделяемых ценностях. Сравнительный анализ выявил как точки соприкосновения, так и существенные противоречия между этими категориями. С одной стороны, они могут взаимодополнять друг друга, формируя многоуровневую идентичность (например, этническая русская и гражданская российская). С другой стороны, как показано в исследовании проблем соотношения, возможны конфликты интерпретаций, когда акцент на одной из категорий воспринимается как умаление значимости других. Вопрос об этногенезе русской нации остается дискуссионным, что отражает сложность самого феномена. В заключение следует констатировать, что соотношение понятий «русские», «русский народ» и «российская нация» не является иерархическим или взаимоисключающим. Это динамическая система смыслов, существующая в политическом, историческом и культурном пространстве России. Их сосуществование отражает многомерность национального и государственного строительства, где этническое, культурное и гражданское начала находятся в постоянном диалоге. Будущее развитие этой системы будет зависеть как от внутренних социальных процессов, так и от осознанного выбора концептуальных оснований государственной национальной политики.