Формирование нейропсихологии как самостоятельной научной дисциплины неразрывно связано с именем Александра Романовича Лурии и его фундаментальными исследованиями в области локализации высших психических функций (ВПФ). Работы Лурии, опирающиеся на культурно-историческую теорию Л.С. Выготского, заложили принципиально новый подход к пониманию мозговой организации психических процессов. В противовес узкому локализационизму, рассматривавшему психические функции как неразложимые способности, строго привязанные к определенным участкам коры, и антилокализационизму, отрицавшему какую-либо специализацию мозговых зон, Лурия разработал теорию системной динамической локализации. Согласно этой теории, каждая ВПФ представляет собой сложную функциональную систему, формирующуюся в онтогенезе под влиянием социальных факторов и опосредованную знаками, прежде всего речью. Как отмечается в работе «Высшие корковые функции человека», такие системы имеют сложное многоуровневое строение и осуществляются совместной работой ряда мозговых зон, каждая из которых вносит свой специфический вклад в целостную работу системы. Повреждение любого из звеньев, входящих в эту систему, приводит к ее распаду, однако характер нарушений будет качественно различным в зависимости от того, какое именно звено пострадало. Таким образом, локализуется не функция как таковая, а то физиологическое обеспечение (нейропсихологический фактор), которое необходимо для реализации определенного звена в сложной функциональной системе. Этот подход нашел свое отражение в ключевых трудах Лурии, таких как «Основы нейропсихологии» и «Мозг человека и психические процессы», где детально анализируется роль различных структур мозга (задних отделов больших полушарий, лобных долей, срединных неспецифических образований) в обеспечении речевой деятельности, памяти, произвольных движений и действий. Исследования нарушений памяти, представленные в монографии «Нейропсихология памяти», наглядно демонстрируют, как поражения разных мозговых систем приводят к качественно различным формам амнезий, что подтверждает идею о системном строении мнестической функции. Теоретический фундамент, заложенный Лурией, определил не только предмет и методологию нейропсихологии, но и ее практическую направленность, сделав синдромный анализ нарушений ВПФ мощным инструментом для топической диагностики поражений мозга и разработки методов восстановительного обучения.

Центральным методологическим достижением А.Р. Лурии в исследовании локализации высших психических функций (ВПФ) стал синдромный анализ. Этот подход принципиально отличался от узколокализационистских концепций, рассматривавших психические функции как неразложимые способности, жестко привязанные к определенным участкам коры. Лурия, опираясь на идеи Л.С. Выготского о системном и смысловом строении сознания, разработал метод, позволяющий анализировать не изолированные симптомы, а их закономерные сочетания – синдромы, возникающие при поражении той или иной мозговой системы. Как отмечается в работе «Высшие корковые функции человека», задача нейропсихолога заключается не в простой констатации дефекта, а в квалификации структуры нарушения, выявлении первично пострадавшего звена и вторичных системных перестроек деятельности. Синдромный анализ базируется на тщательном изучении качественной специфики нарушений, а не только на количественной оценке ошибок. Это предполагает использование специально разработанных проб, направленных на дифференциацию сходных внешне симптомов, но имеющих различное мозговое обеспечение. Например, в «Нейропсихологии памяти» подробно описывается, как нарушения мнестической деятельности могут быть следствием дефицита разных факторов: модально-специфического, связанного с работой задних отделов коры; модально-неспецифического, обусловленного дисфункцией срединных неспецифических структур; или нарушения смысловой организации запоминания, что характерно для лобных долей. Таким образом, один и тот же феномен – ухудшение памяти – входит в состав различных синдромов. Ключевым принципом методологии является понимание ВПФ как сложных функциональных систем, имеющих сложное многозвенное строение и опирающихся на совместную работу ансамблей мозговых зон, каждая из которых вносит свой специфический вклад в реализацию целостной деятельности. Поражение любого из этих звеньев приводит к распаду всей системы, но характер распада будет качественно различным. Синдром, таким образом, выступает как системный диагноз, отражающий закономерное сочетание первичных и вторичных нарушений, и позволяет не только локализовать очаг поражения, но и реконструировать внутреннее строение нарушенной психической функции. Этот подход, изложенный в фундаментальных трудах «Основы нейропсихологии» и «Мозг человека и психические процессы», заложил основу для современной клинической и экспериментальной нейропсихологии, превратив ее из описательной дисциплины в глубоко аналитическую науку о мозговой организации психики.

В рамках разработки проблемы локализации высших психических функций (ВПФ) А.Р. Лурия предложил принципиально новую концепцию, известную как блоковая модель мозга. Эта модель, детально изложенная в его фундаментальном труде «Основы нейропсихологии», представляет собой системный подход к пониманию мозговой организации психической деятельности. Лурия постулировал, что любая сознательная деятельность человека обеспечивается не отдельными, изолированными участками коры, а сложным взаимодействием трех основных функциональных блоков мозга, каждый из которых вносит свой специфический вклад в целостную работу психики. Первый блок, связанный преимущественно со структурами ствола мозга, ретикулярной формации и древней коры, отвечает за регуляцию тонуса и бодрствования. Как отмечал Лурия в работе «Мозг человека и психические процессы», без оптимального уровня активации коры, обеспечиваемого этим блоком, невозможно нормальное протекание любых психических процессов. Второй блок, локализованный в задних отделах больших полушарий (теменной, височной и затылочной коре), выполняет функцию приема, переработки и хранения экстероцептивной информации. Исследования, описанные в «Высших корковых функциях человека», показывают, что этот блок обеспечивает модально-специфические анализаторные системы, создавая основу для гностических и мнестических процессов. Третий блок, занимающий передние отделы больших полушарий (префронтальную кору), ответственен за программирование, регуляцию и контроль сознательной деятельности. Его роль в организации целенаправленного поведения, формировании намерений и проверке результатов действия раскрывается в трудах «Нейропсихология памяти» и «Язык и сознание». Ключевым положением модели является принцип иерархического взаимодействия блоков: сложные формы психической деятельности, такие как речь или мышление, реализуются только при совместной работе всех трех блоков, каждый из которых вносит свой необходимый компонент. Таким образом, блоковая модель А.Р. Лурии преодолела узкий локализационизм и представила ВПФ как сложные функциональные системы, динамически локализованные в коре головного мозга, что стало краеугольным камнем современной нейропсихологии.