Формирование концепции мирного сосуществования в середине XX века стало ответом на радикальное изменение международной обстановки после Второй мировой войны. Биполярная структура мира, оформившаяся в ходе Холодной войны, создала ситуацию перманентного глобального противостояния между двумя социально-политическими системами – капиталистической во главе с США и социалистической под руководством СССР. Как отмечается в исследовании «Холодная война и политика мирного сосуществования 1953-1964 гг.», именно осознание тупиковости и колоссальных рисков прямой военной конфронтации, чреватой ядерным апокалипсисом, стало ключевым фактором, заставившим лидеров сверхдержав искать новые формы взаимодействия. Смерть И.В. Сталина в 1953 году и приход к власти в СССР нового руководства во главе с Н.С. Хрущевым открыли окно возможностей для пересмотра внешнеполитического курса. Параллельно в международном праве укреплялись идеи запрета агрессивной войны, что создавало нормативную базу для новой политики. Важнейшей предпосылкой стал технологический прорыв в сфере вооружений, приведший к достижению ядерного паритета. Обладание обеими сторонами термоядерным оружием и средствами его доставки привело к ситуации гарантированного взаимного уничтожения (MAD), что делало победу в традиционной тотальной войне невозможной. Как подчеркивается в работе «Политика мирного сосуществования в системе международных отношений 1950-1960-х гг.», эта объективная реальность диктовала необходимость сосуществования как единственной альтернативы всеобщей катастрофы. Кроме того, на мировой арене активно шел процесс деколонизации, появлялись десятки новых государств «третьего мира», которые не желали безоговорочно присоединяться к одному из блоков, становясь потенциальным полем для мирного соревнования систем. Таким образом, истоки политики мирного сосуществования коренятся в совокупности факторов: смене политического руководства в СССР, революции в военном деле, формировании новой структуры международных отношений и росте влияния неприсоединившихся стран. Эта политика зарождалась не как идеалистическая доктрина, а как прагматичный ответ на вызовы эпохи, попытка найти формулу сосуществования в условиях непримиримого идеологического антагонизма. Ее становление ознаменовало переход от наиболее острой фазы Холодной войны к поиску правил игры, которые позволили бы избежать прямого столкновения, не отказываясь при этом от стратегического соперничества.

Формирование политики мирного сосуществования как официальной доктрины советской внешней политики в середине 1950-х годов сопровождалось разработкой её ключевых принципов. Эта доктрина представляла собой не просто набор лозунгов, а целостную концепцию, призванную переопределить характер взаимодействия между социалистической и капиталистической системами в условиях ядерного противостояния. Как отмечается в исследовании «Холодная война и политика мирного сосуществования 1953-1964 гг.», её сущность заключалась в признании возможности избежать мировой войны и строить международные отношения на основе сосуществования государств с различным общественным строем. Это был отход от сталинской парадигмы неизбежности военного конфликта, что стало важнейшим идеологическим поворотом. Стержневыми принципами доктрины, согласно анализу в работе «Политика мирного сосуществования в системе международных отношений 1950-1960-х гг.», являлись: отказ от войны как средства решения международных споров, урегулирование конфликтов путём переговоров, равноправие государств, невмешательство во внутренние дела, уважение суверенитета и территориальной целостности, а также взаимная выгода в экономическом и культурном сотрудничестве. Эти принципы были декларированы в выступлениях советского руководства и закреплены в ключевых документах, таких как решения XX съезда КПСС (1956 г.). Важным аспектом было разграничение между государственными отношениями, где должно было преобладать мирное сосуществование, и идеологической борьбой, которая признавалась неизбежной и даже необходимой. Этот дуализм создавал внутреннее противоречие доктрины. Доктрина мирного сосуществования не означала отказа от поддержки национально-освободительных движений или признания статус-кво в мировом масштабе. Напротив, как подчёркивается в источнике «Статья_Мирное_сосуществование.pdf», она рассматривалась как специфическая форма классовой борьбы в международных отношениях, призванная создать наиболее благоприятные условия для укрепления позиций социализма и прогрессивных сил во всём мире. Таким образом, мирное сосуществование понималось как динамичный процесс конкурентного сосуществования, а не как статичное перемирие. Его реализация на практике, однако, постоянно сталкивалась с вызовами, связанными как с действиями западных держав, так и с радикализацией позиций самого социалистического лагеря, что в конечном итоге определяло сложный и противоречивый характер этой политики на протяжении всего рассматриваемого периода.

Провозглашение принципов мирного сосуществования на XX съезде КПСС в 1956 году положило начало их практическому воплощению в международных отношениях. Этот процесс, однако, протекал противоречиво, сталкиваясь с объективными трудностями биполярного мира и субъективными просчетами лидеров сверхдержав. Как отмечается в исследовании «Холодная война и политика мирного сосуществования (1953-1964 гг.)», первым серьезным испытанием для новой политики стал Суэцкий кризис 1956 года, в ходе которого СССР и США, несмотря на идеологическое противостояние, оказали совместное дипломатическое давление на Великобританию, Францию и Израиль, вынудив их вывести войска из Египта. Этот эпизод продемонстрировал потенциал сотрудничества двух систем в урегулировании региональных конфликтов, предотвратив их перерастание в глобальную конфронтацию. Однако уже в конце 1950-х годов наметились серьезные трещины в политике разрядки. Берлинский кризис 1958-1961 годов, кульминацией которого стало возведение стены, разделившей город, стал наглядным свидетельством пределов мирного сосуществования в условиях непримиримого идеологического и военно-политического противостояния в самом сердце Европы. Как подчеркивается в работе «Политика мирного сосуществования в системе международных отношений 1950-1960-х гг.», кризис вокруг Берлина был обусловлен фундаментальным противоречием: советское руководство стремилось закрепить послевоенный статус-кво и добиться международного признания ГДР, в то время как западные державы отстаивали принцип свободы передвижения и незыблемости прав Западного Берлина. Этот тупик был разрешен не дипломатией, а силовым актом, что поставило под сомнение декларируемые принципы ненасильственного разрешения споров. Наиболее драматичным кризисом эпохи, поставившим мир на грань ядерной войны, стали события октября 1962 года на Кубе. Карибский кризис стал прямым следствием действий обеих сторон, нарушавших дух мирного сосуществования: тайная переброска советских ракет на Кубу и их последующая блокада США. Анализ, представленный в источнике «Статья_Мирное_сосуществование.pdf», указывает, что именно осознание неприемлемых последствий ядерного конфликта заставило Н.С. Хрущева и Дж. Кеннеди пойти на компромисс. Урегулирование кризиса через прямые переговоры и взаимные уступки (вывод советских ракет в обмен на гарантии ненападения на Кубу и тайный демонтаж американских ракет в Турции) стало, парадоксальным образом, высшим достижением и одновременно пределом политики мирного сосуществования в ее ранней фазе. Оно показало, что даже в условиях острого противостояния диалог и поиск баланса интересов возможны, но лишь под давлением непосредственной угрозы всеобщей катастрофы. Таким образом, практическая реализация курса на мирное сосуществование в 1950-е – первой половине 1960-х годов представляла собой череду острых кризисов и непростых дипломатических маневров, которые, с одной стороны, не смогли предотвратить опасную конфронтацию, а с другой – заложили основы для будущих механизмов сдерживания и переговоров.

Политика мирного сосуществования, реализованная в период с 1950-х по первую половину 1960-х годов, представляет собой сложный и неоднозначный феномен в истории международных отношений эпохи холодной войны. Её оценка требует многофакторного анализа, учитывающего как достигнутые результаты, так и внутренние противоречия. С одной стороны, данная политика, как отмечается в исследовании «Холодная война и политика мирного сосуществования 1953-1964 гг.», стала важным инструментом деэскалации, позволившим избежать прямого военного столкновения двух сверхдержав в критических ситуациях, подобных Берлинскому и Карибскому кризисам. Установление дипломатических каналов связи и признание принципа нерушимости послевоенных границ в Европе создали определённые рамки стабильности в биполярном мире. В работе «Политика мирного сосуществования в системе международных отношений 1950-1960-х гг.» подчёркивается, что эта доктрина способствовала формированию нового языка международной дипломатии, где на смену риторике неизбежной войны пришла дискуссия о формах конкурентного сосуществования. Это открывало пространство для манёвра странам «третьего мира», которые могли использовать советско-американское соперничество для получения экономической и политической поддержки. Однако историческая оценка не может быть исключительно позитивной. Анализ, представленный в монографии «Мирное сосуществование: теория и практика советской внешней политики», указывает на фундаментальное противоречие между декларируемыми принципами сосуществования и продолжавшейся идеологической конфронтацией и поддержкой революционных движений. Политика мирного сосуществования часто носила тактический, ситуативный характер, будучи подчинённой стратегической цели победы социализма, что ограничивало её потенциал для построения прочного и всеобъемлющего мира. Как следствие, она не смогла предотвратить локальные конфликты и гонку вооружений, которые лишь сместились в периферийные регионы. Историческое значение этой политики, таким образом, двойственно. Согласно материалам статьи «Статья_Мирное_сосуществование.pdf», она обозначила переход от наиболее острой фазы холодной войны к периоду неустойчивой разрядки, доказав принципиальную возможность диалога между антагонистическими системами. Она заложила некоторые процедурные и нормативные основы, которые позднее были развиты в политике разрядки 1970-х годов. В то же время её ограниченность, обусловленная идеологическими рамками и логикой блокового противостояния, предопределила временный и хрупкий характер достигнутой стабилизации. В конечном итоге, политика мирного сосуществования 1950–1960-х годов остаётся важным этапом в эволюции механизмов управления глобальными конфликтами, демонстрирующим как потенциал, так и пределы дипломатии в условиях системного антагонизма.