Начальный этап Великой Отечественной войны

Вторая мировая война не началась внезапно для советского руководства. К лету 1941 года её пламя охватило почти всю Европу. Германия, разгромив Францию за полтора месяца, контролировала ресурсы десятка стран. Пакт Молотова-Риббентропа, заключённый в августе 1939 года, лишь отсрочил столкновение. Исследователи, в частности авторы многотомной «Великой Отечественной войны 1941-1945 годов», подчёркивают: Берлин рассматривал договор как тактический манёвр. Гитлер утвердил план «Барбаросса» ещё 18 декабря 1940 года. Документ предполагал молниеносную войну, блицкриг. Основные силы Красной армии предполагалось уничтожить в приграничных сражениях, не допустив их отхода вглубь страны. На это отводилось несколько недель. Германская военная машина имела колоссальный опыт: две кампании в Польше, Норвегия, Балканы. Солдаты вермахта были обучены новейшей тактике взаимодействия авиации и танковых клиньев. Советский Союз к войне готовился, но иначе. Ставка делалась на наступательную стратегию. По свидетельствам историков, в Генштабе разрабатывали планы упреждающего удара, однако завершить перевооружение армия не успела. Новые танки Т-34 и КВ только поступали в части, а старые БТ-7 и Т-26 морально устарели. Границы прикрывали укрепрайоны, но многие доты строились по старым чертежам. Авиация переучивалась на истребители Як-1 и МиГ-3, но лётчики ещё не освоили их в полной мере. Разведка докладывала о сосредоточении немецких дивизий. Существовала дезинформация, которую активно распространяла абвер. Сведения были противоречивыми. Сталин опасался провокаций и требовал не поддаваться на них. Это привело к трагическому парадоксу: директиву о приведении войск в боевую готовность передали в округа лишь в ночь на 22 июня. Соединения первого эшелона не успели занять оборонительные рубежи. Экономический потенциал Германии с союзниками (Венгрия, Румыния, Италия) превосходил советский по ряду критических показателей. Рейх производил в 1,5 раза больше стали и чугуна. Однако СССР обладал огромными мобилизационными резервами. Вопрос был в том, успеет ли страна их использовать. Ключевой предпосылкой трагедии начального этапа стало именно несовпадение готовности: вермахт был нацелен на немедленный удар, а Красная армия находилась в стадии перестройки.

22 июня 1941 года в 4 часа утра германская авиация нанесла массированные удары по аэродромам, штабам и узлам связи в приграничной полосе. За первые часы ВВС Красной армии потеряли около 1200 самолетов, большинство из которых так и не успели подняться в воздух. Сухопутные войска вермахта, развернутые в три группы армий, перешли границу СССР по всему фронту от Баренцева до Черного моря. Группа армий «Север» под командованием фельдмаршала фон Лееба наступала на Ленинград. К концу июля немцы заняли Прибалтику и вышли к Луге. Группа армий «Центр» во главе с фон Боком действовала на московском направлении. Ее ударные клинья замкнулись под Минском уже 28 июня: в окружение попали основные силы Западного фронта. Потери советских войск составили более 300 тысяч человек только пленными. Смоленское сражение, длившееся с 10 июля по 10 сентября, задержало продвижение врага на два месяца. Именно там советские части впервые применили реактивные установки «Катюша». Группа армий «Юг» под командованием фон Рундштедта наступала на Киев. Здесь события развивались иначе. Упорная оборона Одессы, длившаяся 73 дня, сковала 4-ю румынскую армию. В августе 1941 года Гитлер принял роковое решение: повернуть танковые дивизии группы «Центр» на юг. Это позволило окружить Юго-Западный фронт под Киевом. В плен попало более 600 тысяч красноармейцев, но драгоценное время для подготовки обороны Москвы было выиграно. Осенью 1941 года наступил самый драматический момент. После захвата немцами Вязьмы и Брянска в октябре в окружение попали пять советских армий. Дорога на Москву оказалась открыта. Однако 7 ноября на Красной площади состоялся военный парад, продемонстрировавший решимость защищать столицу. Переброшенные с Дальнего Востока свежие дивизии остановили вермахт в 25 километрах от города. К декабрю наступление выдохлось, и 5 декабря Красная армия перешла в контрнаступление, отбросив врага на 150-300 километров.

22 июня 1941 года, в полдень, с заявлением по радио выступил нарком иностранных дел В. М. Молотов. Он объявил о вероломном нападении Германии. Сразу после этого была объявлена мобилизация военнообязанных 1905-1918 годов рождения. Уже в первый день войны в военкоматы явились тысячи людей. Процесс шел организованно, без паники. Мобилизация охватила 14 военных округов. За первую неделю в армию призвали более 5 миллионов человек. Это был колоссальный объем работы. Военные комиссариаты работали круглосуточно, формируя эшелоны и отправляя их на запад. Параллельно шло перераспределение кадров: опытные командиры отзывались с преподавательской работы, из запаса, с гражданских должностей. Одновременно с людскими ресурсами на военные рельсы переводили промышленность. 23 июня 1941 года Совнарком СССР и ЦК ВКП(б) приняли директиву о мобилизации всех сил на разгром врага. В ней предписывалось ввести карточную систему на продовольствие и промтовары. А 24 июня был создан Совет по эвакуации во главе с Н. М. Шверником. Задача стояла простая и страшная: вывезти заводы и людей из прифронтовой полосы в тыл. Эвакуация началась немедленно. Только за июль-ноябрь 1941 года на восток перебросили более 1500 крупных предприятий. Вместе с оборудованием выезжали рабочие и инженеры. Часто станки монтировали прямо под открытым небом, чтобы немедленно начать выпуск продукции. В Куйбышев, Свердловск, Челябинск, Новосибирск хлынул поток людей. Жили в палатках, землянках, недостроенных цехах. Важнейшим элементом мобилизации стала перестройка системы управления. 30 июня создали Государственный Комитет Обороны (ГКО) под председательством И. В. Сталина. Этот орган сосредоточил всю полноту власти в стране. Никаких коллегиальных обсуждений: решения принимались быстро и беспрекословно исполнялись. ГКО курировал все вопросы: от производства танков до выпуска патронов. В армии ввели институт военных комиссаров. Они контролировали политическую благонадежность командиров и моральный дух бойцов. 16 июля 1941 года вышло постановление о преследовании трусов и паникеров. За самовольное оставление позиций расстреливали на месте. Дисциплина стала железной. Мобилизационные мероприятия первых недель войны заложили фундамент для выживания страны. Цена этой организации была высока: миллионы людей, брошенные заводы, голод в тылу. Но именно они позволили Красной армии устоять в 1941 году и начать накапливать силы для будущего перелома.

Начальный этап войны завершился катастрофическими потерями для Красной армии. К декабрю 1941 года вермахт оккупировал Прибалтику, Белоруссию, Молдавию и значительную часть Украины. Враг продвинулся на 850-1200 километров вглубь советской территории. Потери личного состава к этому моменту превысили 3 миллиона человек убитыми, ранеными и пленными. Только под Киевом в сентябре 1941 года в окружение попало около 600 тысяч бойцов и командиров. Промышленность понесла тяжелейший удар. Заводы на оккупированных землях давали до трети всей довоенной продукции. Эвакуация предприятий на восток началась стихийно, но уже к ноябрю 1941 года удалось вывезти более 1500 крупных заводов. Именно этот рывок, как отмечают в сборнике «Великая Отечественная война 1941-1945 годов», позволил сохранить костяк оборонной промышленности. Политическим итогом стало крушение плана «Барбаросса». Блицкриг провалился. Немецкие войска не взяли Москву до зимы и впервые столкнулись с массовым контрнаступлением в декабре 1941 года. Моральный перелом наступил не сразу, но сражение под Москвой развеяло миф о непобедимости вермахта. Уже в первые месяцы войны сложилась система антигитлеровской коалиции: СССР, Великобритания и США начали координацию поставок по ленд-лизу. Цена этих итогов оказалась чудовищной. Страна потеряла контроль над территориями, где проживало 40% населения. Однако именно в этот период сформировались основы будущей победы: перестроенная экономика, консолидация общества и первые успехи в обороне.